влажность:

давление:

ветер:

Новые поступления
216.00 грн
211.00 грн
191.00 грн
241.00 грн
188.00 грн
167.00 грн

Неолампрологус Бушери

 

Темные отроги подводных каньонов, обрывающиеся на большую глубину, игривые солнечные блики на бескрайних песчаных и каменистых пространствах такой предстаёт перед нами естественная среда обитания цихлид озера Танганьика. Многие из них обладают чрезвычайно яркой окраской, ведут необычный образ жизни.

Среди множества разновидностей у каждого любителя Танганьики, конечно же, есть свои любимцы, в наблюдениях за которыми он проводит большую часть времени, коих он особенно холит и лелеет. Такие рыбы есть и у меня. Одна из них заирская форма лампрологуса бушери (Neolamprologus вuescheri, Kamakonde, Congo).

Появление этого вида в моем хозяйстве не было случайным, так как я давно поставил их для себя на заметку. Именно раса "Камаконде" отличается от прочих более насыщенной цветовой палитрой. 

Мальков было 10 шт. и скажу вам, особого впечатления они не производили. Довольно серенькие, они боязливо жались в углу небольшого отсадника, который я им временно предоставил. Температура была равна 26 градусам, . Спустя всего пару часов, рыбы освоились, приобрели контрастный сетчатый рисунок на теле и стали интересоваться друг другом. Немного смущал спинной плавник, который у N. вuescheri был прижат к телу, а ведь именно спинной плавник зачастую является индикатором состояния и здоровья рыбы. Как показала последующая практика содержания N. buescheri, изредка сложенный спинной плавник является у этих рыб особенностью или, если хотите, "стилем" данного вида и ни чем более. Дальнейшие события надолго сделали отсадник самым наблюдаемым аквариумом и я проводил много времени возле него. Отношения между "Камаконде" были чрезвычайно темпераментными и рыбы активно бодались и толкались между собой, а их аппетиту могли бы позавидовать многие танганьиканские цихлиды. Среди мальков своими манерами уже выделялся лидер, претендующий на "львиную долю" пространства небольшого аквариума. Окраска всех, без исключения, рыб была интенсивно сетчатой, со светящейся бирюзой оторочек плавников. Меня, конечно, всё это радовало, но стоило уже подумать о новом помещении, так как небольшой сосуд явно не отвечал потребностям вида не склонного к какого либо рода компромиссам, даже в столь малом возрасте.

Новым жилищем для N. вuescheri стал 120- литровый водоём, в котором жили четыре молодых масковых юлидохромиса. Обстановку такого аквариума довольно трудно усложнить, но я положил несколько камней друг на друга в разных углах аквариума, чтобы образовались изолированные, просторные полости. После этого, я почти не видел юлидохромисов они ползали где-то среди камней, а мои бушери держались в центре, который был свободен от укрытий. Нужный результат был, достигнут - рыбы почти не пересекались. Я даже подумал о том, что можно было подсадить к этой компании ещё кого-нибудь из молодых рыб.

Шло время, рыбы подростали "по-танганьикански" неспеша и близился период расстановки акцентов в котором определяется сильнейшая и слабейшая особь. Ждал я не долго. Тот лампрологус, что покрупнее с каждым днём всё настойчивее преследовал то одного, то другого сородича. В этот момент он темнел, и выделялись золотистые яблоки глаз. Он находил преследуемых практически во всех самых потаённых уголках, как будто знал их очень давно. В какой-то момент возможности 100- литрового водоёма заканчивались, и гонимый застывал на месте. Он выгибался в зигзаг и уже сам пытался толкнуть преследователя. А тот, как будто удовлетворившись степенью покорности слабака, прекращал гонения. В какой-то момент, я пожалел, что не посадил к моим бушери и юлидохромисам ещё каких-нибудь рыб для того, чтобы рассеивать внимание и тех и других. Позднее, я понял, что в случае с N. вuescheri это бы вряд ли дало результат, так как созревающие особи безошибочно находили друг друга, чтобы выяснить субординацию. Двух J.transcriptus я отсадил, так как остальные два, образовали устойчивую пару и уже активно вертелись и крутились друг около друга. Рацион рыб в это время был самый простой - хлопья, различный планктон, морепродукты. Коретра и мотыль были скорее исключением. В это время, я недосчитался одного бушери и долго искал его на полу, где обычно находят выпрыгнувших рыб. Но, здесь, случилось другое. Как-то убираясь сифоном у дна, под скалой я обнаружил добротно очищенный трупик... То был второй по размеру N. вuescheri из семи и, скорее всего, возможный конкурент моего основного самца.

К этому времени, в общей сложности, прошло около полугода, и я уже всё чаще заглядывался на окраску моих лампрологусов, к описанию которой я и перехожу. Надо сказать, что писать об окраске заирской формы N. вuescheri легко, так как все эпитеты здесь будут превосходной степени, настолько она хороша. От глаза, через всё тело и далее к хвостовому стеблю, тянется прерывающаяся тёмная полоса. Над ней располагается ажурный сетчатый рисунок, отдалённо напоминающий маску некоторых юлидохромисов. Сразу оговорюсь, что в момент "нерестовых настроений" тело может становиться матовым, что видно на моих фото, правда, более позднего времени. Брюшко окрашено в желтоватый цвет, переходящий в малиновый оттенок. Все плавники имеют широкий кант тёмно-фиолетового цвета и множество белых пятен, великолепно контрастирующих с синевой плавников. Острия лучей спинного и анального плавника бывают от молочно-белого до голубоватого цвета. Грудные плавники - ярко-жёлтые. Брюшные плавники окрашены голубовато-белыми оторочками. В районе мягких лучей спинного, анального и на хвостовом плавнике имеется витиеватый точечный рисунок. На темном фоне окраски головы, особенно в возбужденном состоянии, выделяются золотые яблоки глаз. И, конечно же, нельзя не сказать о симпатичных косицах хвостового плавника, о длинных кантах спинного и анального плавников. Ранее, в отечественной литературе вид N. вuescheri встречался мне под названием мраморная принцесса. Это, на мой взгляд, не совсем удачное серенькое название для великолепно окрашенной цихлиды, к тому же имеющей мало общего с принцессами. За исключением небольших косиц, ни повадками, ни образом жизни или чем либо другим эта рыба не напоминает известный комплекс "принцесс" Танганьики. 

Тело взрослого самца выгнуто к спинному плавнику и уплощено с боков. Рот крупный, рыло вытянутое, слегка вздёрнутое. Взрослые экземпляры этого вида достигают 10 см. длины (без косиц). Самки меньше самцов, примерно, на три-четыре сантиметра. Когда мои лампрологусы достигли практически такой же длины, я отсадил их в 300- литровый аквариум. В нём находились так называемые жёсткие виды . Среди них N.tretocephalus, N.nkambae, N.leleupi и т.д.. Бушери не растерялись и в конце концов заняли не самую плохую территорию этого аквариума среди камней. Они успешно её охраняли, лихо, отгоняя соседей. Следует сказать, что среди камаконде на этот момент, уже сложился небольшой гарем или группа из самца и трех самок. Одна самка не была принята в коллектив и отчуждённо плавала, где придётся. Охрана прилегающих земель лежала, конечно, в основном на самце. Он же, активно занимался расширением удобной ниши под скалой, вынося оттуда грунт, Роль самок ограничивалось проявлением особой покорности самцу. Как только он приближался к одной из избранниц, та принималась усиленно дрожать, выгибаясь и поворачиваясь к самцу. Одна из самок достигла в этом особенных успехов, и самец допускал её иногда в святая святых, в узкую пещеру под скалой. Позже, я обнаружил на её внутренней поверхности полтора десятка мелких желтоватых икринок, примерно треть, из которых уже побелела. Поместив кладку икры в отдельный сосуд с метиленовой синью и аэрацией, я стал ждать. Результат был плачевный - вся икра погибла. Видимо, что-то здесь было не так. Позже это повторялось ещё несколько раз, и я на довольно продолжительный период успокоился и наслаждался обычным наблюдением за питомцами. Самки, которые не участвовали в нересте, держались на границе территории N. вuescheri с другими рыбами и иногда конфликтовали между собой, впрочем, без последствий.

Вообще, в небольшой группе бушери бытует своеобразная атмосфера недоверия. Самец как бы проверяет своих самок на предмет покорности, поочерёдно подплывая к каждой в отдельности. А та, рассыпается в реверансах, покорно подставляясь самцу. Такую манеру поведения я наблюдал позже и в отдельном аквариуме для этих рыб, где своеобразные отношения обоих полов продолжались ещё интенсивней. Позднее самец всё же выбирал "ту единственную" и пара держалась, методично отгоняя родственников.

Однажды, я заметил, что рыбы как-то уж особенно возбуждены и рьяно отгоняют проплывающих чужаков. Причиною всему было несколько очень мелких пёстреньких мальков у грунта. Они висели покачиваясь и не образуя какой-либо стайки, на отдалении друг от друга. Видимо, авторитет родителей перед другими рыбами был настолько велик, что позволял "молодёжи" плавать где угодно и как угодно. Тем не менее, понаблюдав, можно было убедится,все мальки подконтрольны. Камаконде внимательно наблюдали за ними, поочередно приближаясь к каждому и рассматривая их подвижными глазами, распологаясь практически вертикально над дном. Мальков было всего около десятка. Позднее, даже у значительно более зрелых особей продуктивность не превышала 28 икринок ( часто не более 20- ти ).